«Когда сюда привезли - еще один День рождения случился»

Евген Гаврилов
Новая жизнь бывшего смоленского бродяги Валерия Кулинича

Время несется — догнать не успеешь, особенно с нашей суетной журналистской работой, когда концентрация событий на «квадратный час» зашкаливает. Вот и сейчас, обернуться не успели, как уж месяц прошел с того момента, как мы обратили внимание наших читателей на живущего без дома и крова Валерия Кулинича. Не теряющий позитивного настроя бродяга, несмотря на пошедший ему восьмой десяток, бодро вышагивал Он просто очень хочет домой70-летний мужчина, живущий на остановке в центре Смоленска, мечтает исполнить последнюю просьбу материпо окрестностям площади Победы с весны. Месяц же назад нам удалосьОдет, умыт, здоров, ждет новых документовСмоленский бродяга готов вернуться к нормальной жизни, спасибо неравнодушным людям, найти дедушке пристанище. Сейчас же, под занавес лета самое время съездить в гости к Валерию Павловичу, проведать, как устроился, чем живет. Путь неблизкий, загород. Название места, куда отправляемся тоже не самое лаконичное: Центр социальной адаптации лиц без определенного места жительства и занятий, в деревне Мощинки, ныне — отделение Жуковского психоневрологического интерната. Немного поплутав и напутав указатели, прибываем на место, проходя через «КПП», попадаем в уютный, полный зелени и прячущихся среди кустов и клумб лавочек дворик небольшой, опрятной двухэтажки.

Общий раскрас и табличка с названием выдает-таки казенное учреждение, при этом весьма-таки ухоженное и облагороженное. Что снаружи, что внутри чистота и порядок. Вышедший нас встречать сторож, узнав, что перед ним журналисты, мигом позвал одну из сотрудниц центра, которая на вопрос об имени и должности отмахнулась, мол, не за славу работаем, ради людей все. «Вы лучше пройдите к дедушке, лично с ним и поговорите, обсудите, что да как», — добавила женщина.

Здание только кажется небольшим и компактным, внутри, помимо 14 человек персонала живет и вновь привыкает к социуму еще полста бывших бездомных. Бомжами их и язык-то не повернется назвать — все выглядят опрятными, здороваются с каждым проходящим, улыбаются. Лишь где-то в глубине их взглядов еще проглядывает тень грусти и усталости от жизни, из которой их буквально выдернули.

Приотворяя дверь в указанную сотрудницей комнату, шарю глазами в поисках нашего дедушки, но все кровати, кроме одной пусты. На ней, читая книгу, сидит смутно знакомый мужичок лет пятидесяти на вид. Глаза делаются шире, когда узнаем в гладко выбритом, одетом и постриженном человеке Валерия Кулинича. Перемены разительны, правда, только для внешнего вида, вскочивший по стойке «смирно» бывший бродяга немедленно позволил убедиться в том, что это он и есть, никто никого не подменил:

«Если я вам скажу, что чувствую себя весьма и весьма колоссально, — приветствует он нас в своей привычной манере разговора, — вы не поверите! Я ведь далеко не вчерашний, всякого в жизни повидал, но то, как ко мне здесь относятся и как воспринимают — это божественно! Никогда не сталкивался с таким».

Погода располагает к беседе снаружи, а потому выходим во дворик центра, усевшись в тени высоченных елей и сосен, начинаем разговор.

«Обстановка здесь успокаивает, облагораживает, — жмурясь, словно довольный кот, сам заводит беседу Кулинич, — последние недели заряжают энергией, прямо-таки дают надежду, что все наладится и будет снова жизнью моя жизнь называться. День рождения у меня 30 июня, 71 годик всего исполнился, — хитро подмигивает дедушка, — а когда сюда привезли — еще один день рождения случился».

Говоря сухим языком фактов, центр действительно позволяет людям заново родиться. После обязательной санобработки вновь прибывших, проведения медицинских анализов (с обязательным заведением медицинской карты) и беседой психолога, начинается их возврат к обществу. Как объяснила нам наша собеседница из персонала Центра, 90-е ударили куда сильнее по россиянам, чем принято об этом рассказывать. Много людей, бывших востребованными специалистами при советской власти, оказались не у дел. Как выразился в свое время Чубайс, «не смогли приспособиться к рынку» и оказались на задворках цивилизации. Здесь последние 10 лет, сколько существует БОМЖ-центр — их медленно, но верно реабилитируют. Все необходимые действия производятся совместно с сотрудниками и волонтерами: ищут родню, восстанавливают документы, помогают с трудоустройством. Реалии их деятельности таковы, что жить постоянно здесь они не могут позволить никому, но и насильно на улицу ни в коем случае не погонят — человек должен вернуть утраченные навыки социальной жизни, обустроиться, найти свое место, накопить какие-то средства для самостоятельного проживания и уже тогда он выписывается отсюда.

Связь с помогшими им соцработниками держат многие, кто-то звонит, кто-то приезжает и помогает по мере сил — по хозяйству ли, продуктами ли, неважно. Нужды в еде здесь, к слову нет, рачительные хозяева на протяжении всех лет существования центра добились хорошего мат.обеспечения — пятиразовое питание с обязательными рыбой, мясом, овощами и фруктами — это их каждодневная реальность, без преувеличения.

«Абсолютная правда, — немедленно кивает Валерий Павлович, — кормят здесь отменно! Я хоть и исхудал шибко в последнее время, 9 кило скинул, пока бродяжничал, сейчас как на дрожжах вес набираю!».

Изменения в облике нашего героя и правда чувствуются. Не только внешние, но и внутренние — дедушка явно стал больше доверять людям, во время нашего разговора куда охотнее отвечал на вопросы и делился деталями своей прошлой жизни.

Так, о его послужном списке стало известно многое: живя в Харькове, будучи еще совсем юным, сдружился с медных дел мастером, работавшим в автоколонне. «Обстоятельный такой дядька был, с солидными усами, — добавляет Кулинич, — а руки у него... не золото — чистый бриллиант! Радиатор самый убитый от любой машины с закрытыми глазами мог перебрать и починить. Чему и меня научил, в жизни пригодилось кусок хлеба заслужить».

После армии жизнь круто поменялась — Валерий Павлович решил связать свою судьбу с флотом, работая помощником на БМРТ (траулер, промысловое судно). Мечтал дослужиться до старпома, но обстоятельства сложились иначе. Трагический случай навсегда оборвал все его связи с морем:

«Помогал тралмейстеру, с громадной такой лебедкой работали, троса крепили, чтоб рыбу захваченную тралом поднимать. Качка в тот день жуткая была, корабль наш то и дело чуть не на попа поднимался от волн. А работать надо, куда ж денешься? И вот уже трал поднимается, чуть-чуть осталось, слышу — дзынькнуло что-то возле уха моего. Трос лопнул, пронесся по палубе и начальника моего пополам... до сих пор картина эта перед глазами стоит. Старпом наш, помню, все успокаивал, мол, не виноват ты ни в чем , Валера, случайность это, оставайся. Да куда ж тут останешься? Тяжело очень».

Замолкает рассказчик, в глазах блестят слезы, неловкая пауза затягивается, но все-таки берет себя в руки и сам меняет тему, рассказывая о жизни здесь, в центре: хоть и существует тут свой распорядок и свои правила, никто на прогулку строем не выводит. Территория небольшая, но гуляй, сколько душе угодно, транспорт собственный у центра есть, когда надо и в больницу отвезут, и на работу. А охрана сугубо для порядка, ни колючей проволоки, ни собак с автоматами нет, да и мы ведь, если подумать, тоже вполне свободно зашли.

«Я же когда на Дальнем Востоке жил, ушел с головой в работу с животными, — продолжает дедушка. — Зоотехником был, главным. Отделением заведовал на предприятии, да и видимо, как сейчас говорят, трудоголиком стал, сам не заметив. С женой моей, Галиной, больше 15 лет прожили, детишек нажить успели, Олесю и Андрюшу, как между нами словно черная кошка перебежала. Стали ругаться, меня супружница обвиняла, мол, не на работе задерживаюсь, а девку на стороне завел. Да где ж это видано-то, — говорю, Галина, у нас же дети с тобой! Хочешь, пошли со мной на работу, проверишь, расспросишь, кого хочешь? Отказалась... так и пошел разлад, пришлось развестись. С детьми с той поры и связь потерял, не получилось найтись».

Напоминаем ему про найденную нашими читателями заметку на сайте передачи «Жди меня», где человека с таким же именем и фамилией примерно его возраста искали несколько лет назад. В глазах старика мелькает огонек надежды, но долго приходится объяснять, что Интернет сегодня способен творить чудеса — не верит Валерий Павлович, что можно вот так запросто найти потерянную годы назад родню на другом конце света. Но мы обещаем попробовать нащупать ниточку, пока осторожно спрашивая о дальнейших планах.

«Ну, из самого Смоленска я уже никуда. Сам-то молодой, красивый, — смеется дедушка, — да вот волосики почему-то последние выпадают. Видать, все-таки возраст какой-то накопился! Ну да ладно, не пропал и не пропаду. Я ведь когда юнцом был, ходил на самбо, меня там тренер научил трем ударам: мягкий, средний и последний. Последний я никому не показываю, но берегу на всякий случай, да в форме себя держу. Так что за меня не переживайте, не обидят!».

Визит наш подходит к концу, пора прощаться, да и Кулинич уже намекает — книжка без него скучает. Находясь в центре реабилитации, он с головой окунулся в чтение, особенно любит исторические романы, но и школьной программы классику перечитывает с удовольствием, освежает в памяти. Помахав нам рукой и отвесив пару шутливых поклонов, старичок, которому явно велик его возраст, бодро поковылял в свою комнату, навстречу своей благополучной жизни.

Москвичка умудрилась забить двухкомнатную квартиру мусором до самого потолка

Яна Никольская

Вызволять женщину пришлось спасателям.
Жительница Москвы Татьяна Борисова превратила свою двухкомнатную квартиру около метро Тимирязевская в свалку ненужных вещей. Правда, сама она так не считала.56-летняя женщина так и продолжала бы жить дальше, если бы не вмешались соседи. Им помешал жуткий запах в подъезде, источник которого удалось легко вычислить.Жильцы попытались дозвониться до дамы, но она не открывала дверь. На место пришлось вызывать спасателей и медиков «скорой помощи». Дверь вскрыли,

...

Погибшую на «Шарме» не смогли спасти... из-за отсутствия оборудования

важное-новости

.
Редакции «Реадовки.ру» удалось пообщаться с одним из работников «Шарма», который рассказал, что же происходило на предприятии в день трагедии, 10 августа.Как оказалось, погибшую 33-летнюю смолянку не удалось спасти из-за того, что сотрудники МЧС не имели при себе необходимого оборудования. В момент возгорания она оказалась в складских помещениях, окна которых защищены металлической сеткой, и чтобы пробраться к ней, им пришлось заходить в

...
Главное


наверх